Главный герой — циничный, умный и невероятно популярный стендап-комик. Больше всего на свете он боится семьи, импотенции, детей и старости. А потом всё превращается в драмеди-сайфай-антиутопию. Французский певец Calogero во время гастролей в России десять лет назад предложил мне написать русскоязычные куплеты к припеву его хита Face A La Mer. Я сочинил их, вдохновившись этой книжкой. Песня должна была выйти на моём альбоме «Царь горы», но мы погрязли в очистке авторских, и трек не попал на стриминги. Там получился такой мистический сторителлинг а-ля рэп-КиШ. Книжка — улёт.

Это не биография Егора Летова, а реальный опыт его фаната, впоследствии плотно затусовавшего с кумиром всей своей жизни. Глубоко философское и метафизическое чтиво, насыщенное пронизывающими личными деталями. После первых страниц двадцати вы точно побежите переслушивать весь бэк-каталог ГО вприпрыжку — и это хорошо. Но не забудьте заполировать эту ностальгическую психодраму прослушиванием подкаста Александра Горбачёва «Он увидел солнце»!

Александр Горбачёв — лучший русскоязычный музыкальный журналист прямо сейчас, а когда-то давно — сосед нашего первого барабанщика по комнате в общаге. Его новая книга осваивает пространство между собранием лучших публикаций и современным взглядом автора на них: натягивая таким образом струны между прошлым и настоящим, Александр играет на них довольно болезненные вещи, но боль эта полезна и вдохновенна.

Идеальный контрапункт для предыдущей книги: если Горбачёв оглядывается на российский музыкальный ландшафт из вынужденной эмиграции, опираясь на написанное синхронно с соответствующими процессами, то Романов воссоздаёт историю отечественного шоубиза по памяти из сегодняшней точки, находясь при этом внутри страны и как бы в один присест. Автор предупреждает, что сам был рэпером и поэтому в выборе ключевых фигур повествования ощущается серьёзный крен в сторону хип-хоп-сцены — однако рэп действительно стал главным саундтреком к российской действительности последних лет двадцати, так что лично для меня это нюанс, а не минус. Тем более, что я и сам рэпер. Надо брать!

Курт Воннегут сравнивал писателей с канарейками в угольной шахте, подчёркивая их роль как чувствительных индикаторов социальных опасностей. Эти птицы использовались как живые датчики угарного газа и метана, так как из-за скоростного метаболизма они чувствительны к этим примесям гораздо сильнее людей. Если канарейка умолкала, проявляла беспокойство или падала с жёрдочки, шахтёры понимали, что нужно немедленно эвакуироваться. Подобно птицам, предупреждавшим людей об отравляющих газах, писатели первыми чувствуют грядущие общественные катастрофы и кризисы. «Пост» Глуховского — яркий пример. А ещё эта книга вдохновила меня на написание трека «Пчёлы слов» из прошлогоднего EP «Алхимия».