Как отслеживать все важные академические / нонфикшн книги (часть первая)

Это не так сложно. Начнём с того, что есть степенной закон - если книга вышла в одном из топовых издательств, шанс, что она значима гораздо выше.

Самыми лучшими издательствами традиционно считаются те, которые существуют при ведущих университетах (т.е. university press), крупнейшие из них и с большим отрывом - Oxford UP и Cambridge UP (тысячи книг в год), другие игроки высшей лиги - MIT Press, Stanford UP, Harvard UP, Yale UP, Columbia UP, Princeton UP, University of Chicago Press, University of California Press.

Далее есть большие многопрофильные академические издательства, здесь главные игроки, выпускающие многие тысячи книг в год, Springer Nature и Taylor & Francis (прежде всего через Routledge), недалеко от них Wiley-Blackwell. Причём в этой группе есть сильная тенденция к поглощению и слиянию, так что конкретный конгломерат или владелец может выпускать книги под разными импринтами.

За пределами внутренней академической среды, существуют издательства, для которых публикация нон-фикшн текстов, часто научного или научно-популярного характера, является важным направлением. В англоязычном мире основные игроки известны как «большая пятерка» - Penguin Random House, HarperCollins, Simon & Schuster, Hachette Book Group, Macmillan Publishers (примечательно, Макмиллан владеет и Springer Nature).

Здесь важный момент: выше упоминал универсалов, но есть прекрасные издательства, которые публикуют чрезвычайно качественные книг, но ограничиваются только несколькими областями. Например, для гуманитарных дисциплин - это Bloomsbury Academic, Brill и Edward Elgar Publishing, а если говорить об университетских издательствах - University of Notre Dame Press, Fordham UP и Edinburgh UP. Также появляется всё больше нишевых проектов, экспериментирующих с новыми форматами или неконвенциональными тематиками.

Некоторые издательства (особенно Springer и Brill) публикуют часть книг на других языках, кроме английского. Среди франкоязычных академических издательств выделяется Presses Universitaires de France, среди немецких - De Gruyter (недавно они объединились с Brill), Mohr Siebeck, Nomos Publishing, transcript Verlag, они зачастую двуязычные.

(продолжение - о том, как ориентироваться в этом ландшафте - следует; приветствую вопросы и комментарии)

Продолжение: Как отслеживать все важные академические / нонфикшн книги (часть вторая)

Итак, что получается - в год публикуется несколько десятков тысяч академических монографий и нон-фикшн книг, прошедших «издательский» фильтр. На деле book length текстов пишется гораздо больше, в том числе за пределами англосферы, но сейчас ограничимся этой категорией, поскольку текущая ситуация такова, что работы, формирующие новые направления и оказывающие решающее влияние в своих областях, обычно находятся в ней.

Если разделить на количество дисциплин получается не так уж много - для некоторых дисциплин это могут всего сотни книг в год, а для конкретных областей исследований - десятки или даже однозначное число. Если у вас есть доступ к университетской системе или другой структуре, имеющей подписку на издательские платформы, то к большинству этих книг можно получить полный доступ, если такой подписки нет, то существуют агрегаторы и теневые библиотеки, где книги основных издательств выкладываются, как правило, вскоре после их публикации. Некоторая часть книг, особенно изданных при грантовой поддержке, публикуется в открытом доступе. Также всегда можно написать авторам, объяснить ситуацию и попросить у них файл с интересующими главами или весь манускрипт.

Помимо сервисов крупных издателей, стоит упомянуть мультиплатформы, вроде MUSE Project и JSTOR, официально размещающие книги и журналы сотен университетов, научных обществ и различных небольших инициатив.

Как за этим поспевать? Прежде всего, даже если у вас (как у меня) широкий и почти неконтролируемый круг интересов, это не значит, что стоит пытаться прочитать всё. Простой способ - с некоторой периодичностью (месяц, квартал - дело вкуса и степени ОКР) просматривать каталоги упомянутых издательств, т.е. получать информацию на уровне «автор, название, аннотация, обложка» обо всех анонсируемых книгах. При некоторой практике, появляется навык почти интуитивного определения того, нужно ли уделять конкретной книге больше внимания, обычно таких оказывается несколько процентов от общего числа. Степень этой большести может отличаться - иногда нужно просто зафиксировать в заметках, что такая книга существует, с пониманием, что при каких-то обстоятельствах знание о ней может пригодиться, иногда прочитать рецензии, иногда найти полный текст и бегло просмотреть (оглавления и введения часто более чем достаточно, а их обычно можно найти, даже если полный текст недоступен). Среди этой группы книг некоторые в итоге оказываются настолько резонирующими и важными, что стоят того, чтобы прочитать их целиком и глубоко проработать содержание. Есть ещё большая тема, как я использую на всех этапах искусственный интеллект, об этом как-нибудь отдельно.

Приучив себя уделять хотя бы несколько часов в месяц можно отслеживать все крупные работы, появляющиеся по всему спектру дисциплин, от эволюционной биологии до культурной антропологии, от лингвистики до менеджмента. Это не значит, что таким образом можно без дополнительных усилий стать специалистом во всех этих областях, но даже базовая осведомлённость о происходящем в каждой области позволяет качественно иначе, гораздо полнее и богаче понимать происходящее в приоритетных для вас сферах, и в целом чувствовать мир более интегрально.

Как-то предыдущие посты не зашли - хотя, казалось бы, информативно и практично - и сейчас, глядя на них, понимаю, что и мне самому они тоже не заходят. Они отражают какую-то укоренившуюся, но сильно устаревшую идентичность. Не то, чтобы я не ценил её, но она явно не является мной на текущем этапе и ещё менее - мной, каким я хочу быть, например, в ближайший год.

Дело не только в ИИ, который как ни посмотри существенно меняет привычные когнитивные практики и делает нерелеватными традиционные экспертные роли. Есть более глубокое ощущение и даже внутреннее требование - что мы живём в тот момент истории, когда нужно в каждом действии, каждом взаимодействии выходить за рамки социальных игр и автоматизмов, чтобы позволять возникать (хотя, быть может, правильнее было сказать - просвечивать из вневременного) тому подлинному, квинтэссенции бытия, с которой мы связаны и которой являемся, и о которой становимся осведомлены, когда сохраняем уязвимость и открытость в своих лучших проявлениях.

Хотя метафизика или, говоря более вольно, попытка прояснить рациональную структуру реальности важна, она вторична по отношению к тем проблескам истины, с которыми мы непосредственно сталкиваемся в своей жизни и которые мы как человечество, - как сообщество личностных существ, - способны не только сберечь, но и приумножить. Я склонен верить, как в то, что мы всё лучше понимаем, зачем мы здесь и к чему призваны, так и в то, что сама наша способность и насущная потребность вместе мечтать о лучшем содержит в себе обетование о том, что это лучшее действительно возможно.

Очевидно, что мы не знаем всех ответов и, вероятно, даже не узнаем точку назначения, пока не окажемся в ней, но вектор нашего путешествия, с которым мы способны сверяться, известен - любовь к ближнему. То, что делает наши взаимодействия соответствующими бесконечной ценности всякого человека, то, что освобождает нас от транзакционности и обусловленности. Но это же верно не только для отношений между людьми, этот расширяющийся круг любви способен включать всё живое и даже те части мира, которые мы, будучи современными людьми, привычно считаем неодушевлёнными. Великий Хартмут Роза изящно - и с подлинно немецкой щепетильностью - описал такой альтернативный путь отношений с миром как резонанс.

Мне также вспоминаются слова интегрального философа Харидаса Чаудухи о нашей способности чувствовать направление эволюции сознания, также как мы можем определить направление ветра наблюдая за колосками в поле. Как и прекрасные образы французских спиритуалистов, например Эмиля Бутру, о мире, предназначенном к свободе - в котором не только люди и животные, но даже минералы смогут преодолеть всякий детерменизм и обрести постоянную укоренённость в спонтанности бытия. Или невероятно детализированные теории Роя Бхаскара и Роберто Мангабейра Унгера об онтологической эмансипации и планетарном освобождении. Вспоминается и феминистская этика заботы, особенно неизменно вдохновляющие книги белл хукс и её гениальное прозрение о преобразующей силе любви, способной охватить и исцелить все вещи.

Обращаясь к родному для меня языку христианской традиции, я вижу во всех этих и многих других проявлениях подлинного человеколюбия - которое ни в коем случае не ограничено только лишь людьми - естественное стремление к теозису, в котором мы одновременно и вступаем в отношения с Богом, и понимаем свою изначальную сопричастность этому Источнику, который и есть Любовь.

Отто Шармер и следующий Осевой век

В моём любимом издании Noema, вышел текст Отто Шармера «Возможно, что мы вступаем в новый Осевой век» (We May Be Entering A Second Axial Age). Если вы здесь, то, весьма вероятно, уже знакомы с Шармером - это живой классик в области организационного развития и структурной трансформации, первопроходец, привнёсший в неё фокус на сознание и «мышление из будущего», и разработавший красивый и эффективый фреймворк, получивший название «теория U».

Шармер считает определяющей особенностью следующего Осевого века открытие и углубление коллективного внутреннего измерения. Если первый Осевой век ознаменовал открытие индивидуального внутреннего мира, то сейчас возможно и - крайне необходимо, если мы хотим справиться с ключевыми кризисами нашего времени - пробуждение мы-пространства. Особенно интересна предлагаемая Шармером дифференциация между тремя видами интеллекта:

• Искусственный интеллект - под ним Шармер понимает знание от третьего лица, видящее мир как набор объектов и механических взаимодействий, эффективно, но фундаментально ограничено предшествующими закономерностями и доступными данными;

• Органический интеллект - это познание, воплощенное в живых существах, интегрирующее перспективы первого, второго и третьего лица, видящее мир как общее пространство сосуществования;

• Полевой или первичный интеллект - характеризующийся сдвигом с объектов восприятия на источник, из которого возникают все перспективы и, таким образом, переходом к перспективе четвертого лица (я как-то писал об этой концепции).

Как суммирует свои размышления Шармер: «Мы наблюдаем зарождающийся сдвиг в сознании, имеющий множество проявлений. Одно из них - стремительно растущее разочарование в статус-кво и ощущение назревшей потребности в радикальных изменениях. Другое выражается в ненавязчивом развитии бесчисленных низовых инициативах и возникновении живых примеров по всему миру. Здесь есть глубокое ощущение будущего потенциала. Однако этот потенциал требует от нас агентности. Он воплотится в жизнь лишь в том случае, если мы будем возделывать социальную почву как на межличностном, так и на коллективном уровнях, проектируя и выстраивая новые практики и институты - в точности так же, как в свое время зародился первый Осевой переход».

Статья одновременно умная и доступная, как и всё, что пишет Шармер, так что, если вы ещё не читали его работы, это отличный текст, чтобы начать знакомство.

Анонсы друзей

• Игорь Фелицин планирует двухдневную практику холотропного дыхания в Москве, на следующих выходных, условия максимально дружеские. Игорь один из самых внимательных и деликатных людей, которых я знаю, так что должно получиться трогательно и бережно.

* Олег Давыдов записал новое видео о Прусте, если у вас есть двадцать мину и вы хотите ненавязчивый экскурс в высокую культуры, это оно.

* Фёдор Тараненко написал отличный и глубоко личный отзыв на свежую книгу Оуэна Фланагана о зависимости и стыде.

Сознание, творчество и свобода

Совершенно замечательная статья Виктории Трамбулл, молодой исследовательницы, недавно защитившей докторскую в Оксфорде, работающей в русле французского спиритуализма и бергсонианства. Опираясь на эту почтенную и привлекающую к себе сегодня всё больше внимания традицию, Трамбулл описывает уникальное положение сознания в мире. Приведу несколько фрагментов:

«Сознание - не просто система для навигации в заранее заданном пространстве вариантов. Это сила, участвующая в создании самого этого пространства....

Стоит нам вернуть сознанию его изначальную функцию выбора, как человеческое творчество предстаёт в совершенно ином ракурсе. Способность творить - не изящная виньетка и не побочный довесок к разуму, это одно из главных его проявлений, базовых свойств... быть творцом не значит обладать уникальным даром, уготованным лишь избранным. Творчество встроено в сознание с самых истоков, поскольку само сознание в значительной мере неразрывно связано с даром привносить новизну в окружающий мир...

Высочайшим из человеческих творений может оказаться вовсе не произведение искусства или техники в привычном понимании, а непрерывное созидание и формирование собственного я по отношению к другому: рост личности через усилие, через выбор и через способность извлекать из себя больше, чем в нас изначально заложено...

Именно поэтому радость столь важный элемент в головоломке человеческого сознания. Радость является свидетельством того, что жизни удалось сотворить новое. Подумайте о радости художницы, чья работа в точности отразила её замысел, о радости мыслителя, облекшего в форму свою теорию, или о радости матери, прижимающей к груди новорожденное дитя. Эти мгновения наделены особым смыслом не потому, что сулят нам славу или величие, а потому, что знаменуют собой торжество и расширение самой жизни через акт творения...

По всем этим причинам процесс созидания наполнен для нас таким смыслом, который никогда не даст банальное потребление. И оттого иллюзия перепоручения всего нашего интеллектуального и творческого труда машинам видится столь безрадостной перспективой. Искусственный интеллект, безусловно, сбережет наши силы, но усилия сущностны для нашего бытия.

Во вселенной, которую мы привыкли описывать сухим языком законов и закономерностей, сознание вспыхивает как сияющий эпицентр творческой инициативы: каждое отдельное сознание подобно маленькому солнцу, источающему лучи новизны. Быть может, граница между машиной и человеком, между материей и духом указывает на куда более глубокое напряжение: между миром, который лишь бесконечно повторяет пройденное, и тем, который всегда и повсюду продолжает творить себя заново».

* Victoria Trumbull. Consciousness is the only truly creative thing in the universe: The birth of novelty. IAI News, 21.05.2026.

Космопсихизм и шакти: новое в философии сознания

Издаваемый Кембриджским университетом журнал «Religious Studies» на днях опубликовал статью бразильского учёного Рикардо Соуза Сильвестра, предлагающую новую версию космопсихизма, основанную на идеях индийского подвижника шестнадцатого века Джива Госвами. Это прекрасный пример и кросс-культурного диалога, и творческой реактуализации классического наследия, и того, как многие идеи вновь и вновь переоткрываются в совершенно разных интеллектуальных условиях и культурных контекстах.

Напомню, что в исследованиях сознания происходят довольно тектонические сдвиги, связанные со всё возрастающей популярностью подходов, утверждающих фундаментальность ментального - от нейтрального монизма и панпсихизма до открытого идеализма. В частности, неожиданную популярность недавно получила теория космопсихизма (Филип Гофф - самый известный сторонник), утверждающая существование единого субъекта сознания, охватывающего весь мир.

Так вот, Рикардо Соуз Сильвестр разрабатывает новую версия космопсихизма, коренящуюся в идеях Госвами. Центральное положение бхедабхеда, школа веданты, к которой относился Госвами, состоит в том, что предельная реальность и проявленный мир одновременно тождественны и различны. Согласно Госвами, предельная реальность (таттва) проявляется в трёх модусах - Брахмана (безличного основания), Параматмана (внутренней динамики мира) и Бхагавана (полноты раскрытия). При этом то, что проявляется - это божественные энергии (шакти), которые можно дифференцировать в зависимости от того, какой аспект реальности, что именно проявляется через них.

Хотя различия в модусах таттва скорее эпистемические, именно Бхагавана автор рассматривает в качестве основания реальности. Если большинство вариантов космопсихизма склоняются к безличному и минималистическому пониманию первосознания, Сильвестр полагает, что это основание должно быть в некотором смысле перволичностным - сложность проявленного мира и нашего собственного сознания подразумевает, что основанию, в котором оно коренится, должен быть принципиально доступен такой опыт.

Далее Сильвестр делает интересный шаг, рассматривая шакти как тропосы (это большая тема в аналитической философии), индивидуальные общие свойства или универсальные партикулярности, то есть проявленные шакти одновременно являются и самостоятельными сущностями, и характеристиками предельной реальности, в которой они укоренены. Ключевую для космопсихизма проблему декомбинации - как единое сознание может сосуществовать с множеством наших феноменально проявленных умов - Сильвестр предлагает решать с помощью понимания локальных субъектов как проявлений татастха-шакти, создающей дифференцированные пространства опыта первого лица.

Там ещё много интересного, в том числе относящегося к текущим дискуссиям в академической философии вокруг приоритета монизма, различных версий космопсихизма и проблемы индивидуации. Статья, кстати, написана в рамках проекта Фонд Джона Темплтона, «Концепции Бога и многообразие теизма в индийских традициях: к теистической теории сознания», так что в скором времени можно ожидать гораздо больше публикаций по теме.

* Ricardo Sousa Silvestre. Consciousness and Śakti-based Vedānta cosmopsychism: A philosophical reconstruction of Jīva’s Bhedābheda Vedānta. Religious Studies, 14.05.2026 (full text).

Миллиарды на хорошие дела

Сектор глобальной благотворительности ждут большие перемены - на кону сотни миллиардов долларов. Нан Рансохофф (специалистка по импакт-инвестированию, возглавляющая климатическое направление в Stripe / Frontier) сделала подробный анализ «The third wave of American philanthropy» и у неё получилось, что в ближайшее время ежегодное финансирование благотворительной деятельности увеличится на тридцать семь, а возможно и на сто миллиардов долларов.

Каким образом? Ведущие ИИ-лаборатории - это самый успешный пример бизнеса основанного на ценностях в истории, их основатели и ключевые сотрудники придерживаются целого набора диковинных взглядов, но эти взгляды включают в себя веру в необходимость выделять значительную часть средств на благотворительные цели.

Прежде всего, Рансохофф говорит о The OpenAI Foundation, владеющей четвертью лаборатории, и Anthropic, сооснователи которого обязались пожертвовать восемьдесят процентов их состояния на благотворительность и запустили масштабную программу софинансирования пожертвований для сотрудников. Текущая оценка общего капитала, зарезервированного для пожертвований, составляет триста семьдесят миллиардов, но если искусственный интеллект продолжит набирать популярность, а стоимость компаний расти, эта сумма может стать во много раз больше.

Надо сказать, что размах американской филантропии уже превышает пятьсот девяносто миллиардов долларов в год, - цифра поражает, хотя эффективность использования этих средств часто ставится под сомнение, но и объективность критиков тоже не очевидна.

В любом случае, эффективно потратить ещё десятки миллиардов долларов в год - сложная задача, это подразумевает создание и масштабирование сотен или тысяч проектов институционального уровня. Как отмечает Рансохофф, главная проблема сейчас в том, что просто не существует организаций, способных компетентно справиться с таким потоком средств. Но специфика новой волны филантропии состоит в том, что ключевые доноры обладают особым мировоззрением, которое определяет каким образом и на какие цели они готовы выделять финансирование. Рансохофф выделяет три ключевых убеждения: (1) ИИ меняет всё, соответственно, подготовка безопасному переходу к пост-ИИ миру и процветание в нём является приоритетом; (2) акцент на скорости, всё решится в следующие несколько лет, (3) традиционные форматы благотворительности не подходят для решения этих задач.

Отсюда Рансохофф переходит к своему предложению - создание альтернативной инфраструктуры благотворительности, такой некоммерческой Кремниевой долины, с тысячами филантропических стартапов (philanthropic startups). Добавлю от себя, что мне очень приятно читать подобное, поскольку в разные периоды я тоже чувствовал необходимость развития именно такого формата работы. Однако, продолжает Рансохофф, создать инфраструктуру и даже просто набрать людей - которые одновременно совпадают по идеалам и максимально компетентны (а они должны быть на уровне сотрудников лучших компаний) - для тысяч проектов само по себе является амбициозной задачей, как и раздать десятки-сотни тысяч грантов. Она подробно описывает несколько шагов, которые бы сделали возможным создание и функционирование такой инфраструктуры, но меня особенно заинтересовало её наблюдение, что в дефиците сейчас видение, то есть захватывающий и проработанный образ задач, на которые могли бы направлять средства филантропы.

Одна из вещей, которую я хочу сделать - собрать самых добрых людей во всём интернете, и культивировать такие онлайн-пространства, которые бы стали не просто безопасными и развивающими, а действительно воплощали бы в себе праксис доброты и заботы друг о друге. И в идеале, чтобы это не ограничивалось только онлайн-активностью или даже общением, но находило проявление в осязаемом мире.

Надо подумать, как это сделать.

«Коллектив 6:00» и Пелин Дилара Чолак

Очень хороший кейс. Имя Пелин Чолак (Pelin Dilara Çolak) почти неизвестно в англосфере, как и у нас, но она - одна из наиболее влиятельных популяризаторов философии в мире. Это молодая турецкая учёная, сейчас пишущая диссертацию в Лондоне, и основательница нескольких проектов.

У неё пятьсот с лишним тысяч подписчиков на YouTube и сотни тысяч в других соцсетях, а некоторые её часовые беседы о философии набирают больше миллиона просмотров. Заметьте - всё это на турецком языке. Кроме того, она создала студию The Philosophy Works, работающую на пересечении медиа и консалтинга, с офисами в Лондоне и Стамбуле, литературный салон Athenaum, а также вместе с партнёрами запустила проект «Collective 06.00», и вот о нём хочу сказать немного подробнее.

Это ежедневное онлайн-пространство, проходящее с 6:00 до 8:30, сочетающее философские, психологические, телесные и социальные практики. Кроме Чолак, есть ещё несколько ведущих, охватывающих темы медитации, тайцзи, дыхательные практики и т.д. Сообщество существует по доступной подписке (5 долларов в месяц) и насчитывает больше 3800 активных участников.

Меня лично очень вдохновляют такие примеры, демонстрирующие, что хорошие начинания могут возникать и успешно развиваться за пределами Соединенных Штатов и англоязычного мира.

Харт о чувстве вкуса

«...вкус не пустяк. В каждом из нас он указывает на то, как мы предрасположены воспринимать реальность, способны ли мы распознать истинно ценное и достойное почитания, и насколько наши внутренние стремления гармоничны или, напротив, хаотичны. Способность человека в любой миг распознать красоту или её отсутствие, отличить истинно красивое от просто приятного или показного - это зачастую свидетельство не просто личной культуры и воспитания, но нравственной восприимчивости к сиянию блага.

Конечно, дурной вкус нередко оказывается следствием плохого образования; однако мне думается, что образование здесь в конечном счете играет второстепенную роль, а то, что красиво само способно открыться любой душе, готовой к его пришествию, и вызвать в ней непосредственный, живой порыв любви. Хороший вкус не всегда утончен; напротив, в своей чистейшей форме он удивительно невинен, бесхитростен и даже по-детски прост. И нередко запредельная искушенность оказывается не чем иным, как прилежно взращенной пошлостью.

К тому же все мы знаем людей, чей вкус в искусстве не отличается особой изысканностью, но когда дело касается созерцания подлинной нравственной красоты, они выказывают себя тончайшими ценителями - из тех, каждое суждение которых невольно обличает наше собственное невежество и грубость. Красота (the beautiful) знает своих, а они узнают её голос».

* David Bentley Hart. A Sense of Style: Beauty and the Christian Moral Life, привожу по антологии David Bentley Hart. Theological Territories: A David Bentley Hart Digest. The University of Notre Dame Press, 2020.

Онлайн-курс Олега Давыдова
«Театр как событие: четыре формы (не)бытия»
10 июня - 1 июля / 20:00-22:00 (МСК)

Прежде чем стать культурой, профессией или индустрией, театр был местом, где невидимое обретало форму, где время соприкасалось с вечностью, где тело становилось локусом присутствия. Курс — это четыре встречи, посвященные совместному размышлению о том, как возникает театральное событие. О том, почему человек снова и снова открывает сцену и смотрит, как Другой проживает перед ним истину, ложь, смерть, любовь и свободу. Мы будем говорить не о спектаклях, а о бытии театра и бытии как театре. 4 встречи за 4 недели.

• Встреча I. Сцена
10 июня 20:00-22:00

Аристотель — Ив Бонфуа — Питер Брук

Что такое сцена как таковая, до декораций, до текста, до актёра и действия? Сцена — это участок мира, где случается интенсивность бытия. Место явления бесконечного в конечном и одновременно ничто — не заполненность.

• Встреча II. Роль
17 июня 20:00-22:00

Дени Дидро — Константин Станиславский — Бертольт Брехт

Почему роль всегда тревожит и не может быть исчерпана текстом? Потому что она раскрывает нестабильность человеческого «я», являет бытие как различие.

• Встреча III. Действие
24 июня 20:00-22:00

Аристотель — Фридрих Ницше — Ален Бадью

Что происходит в театре на самом деле, или ничего не происходит? История мира — это драма, или трагедия?

• Встреча IV. Присутствие
1 июля 20:00-22:00

Ганс Ульрих Гумбрехт — Петер Слотердайк — Ганс Урс фон Бальтазар

Почему театр вечен и незаменим? Что явлено и что скрыто в бытии и почему театр — место эпифании присутствия сквозь значение?

***

Формат:

В чате перед каждой встречей участники получат небольшие тексты для прочтения перед занятием.

Сами встречи состоят из двух частей: лекция и обсуждение.

Встречи проходят на платформе Zoom.

Доступ к записям встреч сохранится до 1 августа.

Ведущий:

Олег Борисович Давыдов — доктор философских наук, теолог, культурный комментатор, автор нескольких книг, в том числе «Откровение Любви. Тринитарная истина бытия» в издательстве ББИ. Преподавал философские дисциплины в Московской духовной академии и Университете Страсбурга. Автор канала https://tg-me.sbs/aiyourfuture.

Курс задуман как попытка вернуть театру не эстетический, а онтологический смысл: показать, что через сцену, роль и действие раскрывается сама структура реальности. Он вырос из попытки переосмыслить современную культуру, где исчезает опыт «присутствия», и театр трактуется как форма его восстановления.

***

Стоимость:

15000₽ очно
12000₽ курс в записи

(7500₽ — несгораемая бронь места, вторая часть вносится до 1 июля)

Запись: @ag_luthien

Существует потребность в коллективных, межличностных формах того, что можно было бы назвать воплощённой этикой и прикладной мудростью. Какой-то вид практики, диалога, взаимодействия, фокусирующийся на распознавании истины / добра / красоты и поиске способов жить в согласии с ними. Не уверен, что такое возможно в чисто светском формате - по крайней мере, без открытости трансцендентному горизонту, и большой вопрос как это может быть реализовано, но необходимость в чём-то подобном для меня несомненна.

Как-то мне сегодня очень тревожно. В остальном, уже около двух недель я чувствую относительно в порядке, но почти ежедневно бывает несколько часов, когда тревога или чувство опасности становится базовым ощущением. Я сильно вымотался за эту весну, хотя сейчас, кажется, уже могу возвращаться к активной жизни, во всяком случае, весьма надеюсь на это. По крайней мере, как можно заметить по этому каналу, динамика очевидно положительная.

Вновь прошу простить меня за спорадическую коммуникацию, этот навык у меня пока ещё не совсем восстановился.

«Вызов для человеческого разума состоит в том, чтобы одновременно удержать и единство Бытия, и многообразие сущего, не "искажая" (injuring) ни того, ни другого».

• Раймон Паниккар, «Ритм бытия: гиффордовские лекции» = Raimon Panikkar. The Rhytm of Being: The Gifford Lectures. Orbis Books, 2010.

Размышляя над тем, как организовать свои занятия на следующем этапе, заметил, что моя планируемая активность удачным образом раскладываться на три модуса, которые для удобства и стиля назовём греческими словами:

• theoria - как поиск, улавливание и изложение спекулятивного знания о том, как устроено всё в целом и различные интересующие меня аспекты мира в частности;

• phronesis - как прикладная мудрость, что наверное должно быть чем-то на стыке этики, moral psychology, decision making и различных поведенческих и психологических исследований о жизни;

• techne - как набор пониманий и инструментов, позволяющих совладать и взаимодействовать с внешним миром.

И каким-то образом я чувствую, что они могут образовывать континуум, где искусственный интеллект и максимально прикладные (даже и в организационных / бизнес смыслах) вещи могут сочетаться с более деликатными и созерцательными моментами.

Но, опять же, сперва нужно прийти в себя, потому что хотя вторая половина мая несравненно лучше, чем начало месяца (и тем более чем была вторая половина апреля), но до стабильности и гармонии мне ещё далеко, и некоторые дни даются с трудом. Обнимаю.

Харт о сознании, личности и происхождении я

«Всякий наш опыт восприятия естественного всегда уже "сверхъестественен" как в своём истоке, так и в своём пределе... Как говорит Николай Кузанский, бесконечность Бога сияет во всяком человеческом познании и устремлении, увлекая нас за пределы всего конечного и постижимого, в чём мы не можем обрести покой, и устремляя нас вперёд - от Бога, Который есть безначальное начало, к Богу, Который есть бесконечный предел...

Чем является всякое психологическое "я" (psychological self) или эмпирическое эго, как не сжатой или выкристаллизовавшей сопричастностью к этому бесконечному акту? Чем является частный логос всякого конечного "я", как не индивидуацией этой, скажем так, универсальной формы - или, вернее, этого универсального акта? Именно это, всегда более изначальное, простое, неразложимое «Я есмь Сущий» в основании самости (the self) позволяет каждому из нас произносить слово "я", - а, как следствие, слова "мы" или "ты" - соотнося их с референтом куда более реальным, чем поток преходящих, фрагментарных феноменальных состояний эго, составляющих наш сугубо психологический опыт и идентичность...

Всякая конечная личность является, как личность, выражением конкретной природы лишь потому, что всякая природа в своей сущности есть особая модальность и стяжение этого божественного "Я есмь"... В своём высшем смысле "личность" есть категория более изначальная и всеобъемлющая, нежели категория "ипостаси" или "индивидуальной субсистенции"... Подлинное личностное начало в каждом из нас есть нечто одновременно более изначальное и более предельное, нежели просто ипостасная индивидуальность, хотя последняя, разумеется, пребывает внутри первой, воплощает и частично являет её. То, что делает каждого из нас личностью, в самой сокровенной своей сути - не конечный принцип индивидуации, который лишь отличает нас друг от друга, а, скорее, единый бесконечный принцип, вечное "Я есмь", в котором мы живем, движемся и существуем».

* Дэвид Бентли Харт, «Фаворский свет: к монистической христологии». = David Bentley Hart. The Light of Tabor: Toward a Monistic Christology. University of Notre Dame Press, 2025.

Новая интегральная диссертация

Адам Робберт, философ-практик и организатор экспериментальных интеллектуальных пространств из Сан-Франциско, защитил в Калифорнийском институте интегральных исследований диссертацию «Аскеза и восприятие: философия как путь жизни».

Ключевая идея, развиваемая Адамом, заключается в том, что восприятие и знание неразрывно связаны и во многом формируются средой наших практик, которую он называет аскезой. Эти практики, взятые вместе, задействуют все наши способности, от телесных ощущений до воображения и созерцания. При этом речь не только об эпистемологическом сдвиге, Адам настаивает на реальной онтологической глубине, с которой мы работаем посредством аскезы. Иными словами, мы не просто начинаем видеть вещи иначе, потому что изменили своё мнение, но скорее благодаря подлинному раскрытию новых граней бытия.

Основными собеседниками Адама оказываются Пьер Адо, Симона Вейль, Чарльз Тейлор и ведущие исследователи платонизма, особенно Эрик Перл и Ллойд Герсон. И здесь проявляется ещё ключевая линия автора - он раскрывает свою программу, через обстоятельное и оригинальное прочтение платонизма - например, интерпретируя воплощённое тело как эйдетическое структурированное поле, аскеза же тогда оказывается способом «каллибровки» между душой и телом.

Примечательно, что в его комиссию входили Джейкоб Шерман, ведущий специалист по философии религии в CIIS, и Симона Котва из Гётеборгского университета, блестящая исследовательница христианского мистицизма. Это интересная тенденция недавнего времени - сближение, а всё чаще пересечение интегральных и христианских кругов, по крайней мере в некоторых частях культурного ландшафта.

Больше информации о нём на его сайте, а о его диссертации в substack'е с конспектом доклада, там же можно писать поздравления.

Особенность гуманитарного знания в том, что оно актуально бесконечно и не поддаётся редукции - конечно, есть место для аналитических обобщений, а особо удачные наблюдения могут выходить далеко за рамки описания отдельных случаев - но на глубочайшем уровне, каждый мельчайший пазл человечности - взаимодействие, ситуация, артефакт - уникален и не сводим ни к какому-другому.

Поэтому, по-настоящему хорошие гуманитарии обладают эрудицией намного превосходящей энциклопедическую - они знают не просто всех авторов, теории, методы, но по сути посвятили десятилетия тому, что впитать и усвоить каждую доступную частичку человеческого опыта. Если вам доводилось близко пересекаться с такими гуманитариями, то вы могли заметить, что для них совершенно естественны - как нечто, что вспоминается безусильно и между делом - ремарки по широкому кругу вопросов, наподобие «да, это хорошая мысль, она напоминает мне тот самый аргумент, который обсуждался таким-то таким-то; да-да, им, но нет, не в книгах, в семидесятых в Лейцпигском университете выходил журнал, да тот самый, у которого поначалу были розовые обложки, а потом стали желтые, и в четвёртом номере этого журнала была его статья, и там, где-то на третьей странице в примечании внизу страницы он обсуждал похожую мысль очень интересным образом».

По этой же причине, наиболее продуктивный период у гуманитариев наступает неспешно и часто приходится на пятьдесят-семьдесят лет, причем нередко наиболее утончённые и важные работы пишутся уже на девятом десятке, а иногда и позже.

А представьте, если всё получится. Найдём способ приручить технологии и гармонично ужиться с искусственным интеллектом и различными симбиотическими созданиями. Решим экологический кризис. Создадим планетарную культуру всеобщей заботы. Достигнем постдефицитного общества. Улучшим и местами перепишем нашу биологию. Словом, соларпанк, но ещё лучше.

Это вполне реальный сценарий, а поскольку горизонт событий мы уже пересекли и движемся к сингулярности, то окно возможностей для него открыто прямо сейчас, и это, возможно, самый важный квест, в котором до сих пор участвовало человечество.

Всё, что меньше утопии - не соответствует масштабу этого квеста. Только утопическое воображение способно совладать с этим бескрайним горизонтом.