Особенность гуманитарного знания в том, что оно актуально бесконечно и не поддаётся редукции - конечно, есть место для аналитических обобщений, а особо удачные наблюдения могут выходить далеко за рамки описания отдельных случаев - но на глубочайшем уровне, каждый мельчайший пазл человечности - взаимодействие, ситуация, артефакт - уникален и не сводим ни к какому-другому.

Поэтому, по-настоящему хорошие гуманитарии обладают эрудицией намного превосходящей энциклопедическую - они знают не просто всех авторов, теории, методы, но по сути посвятили десятилетия тому, что впитать и усвоить каждую доступную частичку человеческого опыта. Если вам доводилось близко пересекаться с такими гуманитариями, то вы могли заметить, что для них совершенно естественны - как нечто, что вспоминается безусильно и между делом - ремарки по широкому кругу вопросов, наподобие «да, это хорошая мысль, она напоминает мне тот самый аргумент, который обсуждался таким-то таким-то; да-да, им, но нет, не в книгах, в семидесятых в Лейцпигском университете выходил журнал, да тот самый, у которого поначалу были розовые обложки, а потом стали желтые, и в четвёртом номере этого журнала была его статья, и там, где-то на третьей странице в примечании внизу страницы он обсуждал похожую мысль очень интересным образом».

По этой же причине, наиболее продуктивный период у гуманитариев наступает неспешно и часто приходится на пятьдесят-семьдесят лет, причем нередко наиболее утончённые и важные работы пишутся уже на девятом десятке, а иногда и позже.

А представьте, если всё получится. Найдём способ приручить технологии и гармонично ужиться с искусственным интеллектом и различными симбиотическими созданиями. Решим экологический кризис. Создадим планетарную культуру всеобщей заботы. Достигнем постдефицитного общества. Улучшим и местами перепишем нашу биологию. Словом, соларпанк, но ещё лучше.

Это вполне реальный сценарий, а поскольку горизонт событий мы уже пересекли и движемся к сингулярности, то окно возможностей для него открыто прямо сейчас, и это, возможно, самый важный квест, в котором до сих пор участвовало человечество.

Всё, что меньше утопии - не соответствует масштабу этого квеста. Только утопическое воображение способно совладать с этим бескрайним горизонтом.

Так, ну что же, я снова в жизнерадостной фазе. Неловко, конечно, ой как не ловко, за многие посты двух предыдущих месяцев, но зато без купюр.

Думаю, на этой неделе наконец начну публиковать большие и полезные материалы, о чём мечтал всю весну.

Спасибо всем, кто не отписался и поддерживает, обнимаю.

У Хулиана Мариаса, испанского философа-персоналиста, ученика Ортега-и-Гассета, есть глубокое наблюдение о том, что он называет experiencias radicales, «предельных опытах». Возможно, остальной мир состоит из объектов, предметов, которые можно описать на языке материи и формы, но для людей то, что делает нас отличительными нами, - иначе говоря то, что является для нас предельным принципом индивидуации - является встреча с предельными событиями нашей жизни (будь то родительство, осознание своего призвания, экзистенциальные кризисы и т.д.) и само наше проживание этих моментов.

Поэтому метод постижения человека должен быть драматическим или нарративным, тогда как схематизация, обобщение, овеществление и весь тот набор инструментов, который замечательно описывает мир объектов, мало что способен сказать о нас и нашей жизни в её ключевых и самых подлинных проявлениях.