Forwarded from ЗДЕСЬ БЫЛ МАЙК
Однажды художник Валерий Черкасов и художник Тимур Новиков пришли в гости к художнику Борису Кошелохову. Кошелохов показал им двадцать новых картин. На что Черкасов заметил, что недавно закончил пятьсот новых работ. «Может быть, пригласишь посмотреть?», - спросил Кошелохов. «Они у меня с собой», - сказал Черкасов и достал из кармана перетянутую резинкой мыльницу.
В мыльнице лежала стопка миниатюрных картин (скорее, карточек).
В мыльнице лежала стопка миниатюрных картин (скорее, карточек).
❤59😁25👍17🔥15
А вот что у меня есть. Фрагменты сценария «Золотой мины» режиссера Татарского (авторы сценария Грахов и Макаров). Читаю и по возможности сравниваю. Ну и не против увидеть это дело напечатанным - в виде книжки (или таковая уже издана?).
❤59👍20🔥12💔3
Forwarded from Чёрный рынок
В рамках «Чёрного рынка» автор телеграмм-канала «Здесь был Майк» Игорь Кузьмичев проведет экскурсию «Приключения и забавы героев андеграунда».
Скандал в цирке, опасный мост для фанатов группы «Ноль», пластиночная толкучка, фотосессия «Аквариума» и «Кино», Цой с мячиком, безумие в Доме кино и кое-что еще ждут посетителей экскурсии от автора телеграмм-канала «Здесь был Майк». Вход платный по регистрации. Начало в 14:00, место встречи — двор бара Union.
Игорь Кузьмичев — историк по образованию и призванию. Бывший редактор и журналист, а нынче писатель на вольных хлебах. Свои исследования Кузьмичев посвящает ленинградскому андеграунду 1950-1990-х годов.
Скандал в цирке, опасный мост для фанатов группы «Ноль», пластиночная толкучка, фотосессия «Аквариума» и «Кино», Цой с мячиком, безумие в Доме кино и кое-что еще ждут посетителей экскурсии от автора телеграмм-канала «Здесь был Майк». Вход платный по регистрации. Начало в 14:00, место встречи — двор бара Union.
Игорь Кузьмичев — историк по образованию и призванию. Бывший редактор и журналист, а нынче писатель на вольных хлебах. Свои исследования Кузьмичев посвящает ленинградскому андеграунду 1950-1990-х годов.
👍44❤20🔥5
Уж близок был
столетний юбилей.
Часы, как нас, её не торопили.
Жила в старинной
комнате своей,
Где запах папирос ужился
всех прочней
Прочней цветов, обоев,
кофе, пыли.
Любила я старушечий уют.
Метет и гладит
целый день в работе!
Из кухни в комнату
её шажки снуют…
Сейчас закрыта дверь.
Теперь ветра метут,
И тянет сквозняком
из комнаты напротив.
Мороз и ветер
леденят мой сон:
Там форточку
нарочно не закрыли,
Чтоб ветром и морозом
выгнать вон
Дух папирос
(но так уживчив он!),
Старинный дух цветов,
обоев, пыли,
Вчерашний дух болезни, похорон.
Татьяна Котович, 1965–1967.
столетний юбилей.
Часы, как нас, её не торопили.
Жила в старинной
комнате своей,
Где запах папирос ужился
всех прочней
Прочней цветов, обоев,
кофе, пыли.
Любила я старушечий уют.
Метет и гладит
целый день в работе!
Из кухни в комнату
её шажки снуют…
Сейчас закрыта дверь.
Теперь ветра метут,
И тянет сквозняком
из комнаты напротив.
Мороз и ветер
леденят мой сон:
Там форточку
нарочно не закрыли,
Чтоб ветром и морозом
выгнать вон
Дух папирос
(но так уживчив он!),
Старинный дух цветов,
обоев, пыли,
Вчерашний дух болезни, похорон.
Татьяна Котович, 1965–1967.
👍54❤38💔19😢18🔥8
ЗДЕСЬ БЫЛ МАЙК pinned «Уж близок был столетний юбилей. Часы, как нас, её не торопили. Жила в старинной комнате своей, Где запах папирос ужился всех прочней Прочней цветов, обоев, кофе, пыли. Любила я старушечий уют. Метет и гладит целый день в работе! Из кухни в комнату её…»
Котельников - об Олеге Григорьеве: «Писал он всегда карандашом, чтоб не размочило портвейном».
Григорьев везде носил с собой тетрадку - чтобы при случае читать в компаниях написанное и записывать только что сочиненное. Портвейн, лившийся в этих компаниях, мог легко заляпать страницы. Чернила он бы размыл, а карандашное нет, видимо. Такая вот прикладная химия.
Григорьев везде носил с собой тетрадку - чтобы при случае читать в компаниях написанное и записывать только что сочиненное. Портвейн, лившийся в этих компаниях, мог легко заляпать страницы. Чернила он бы размыл, а карандашное нет, видимо. Такая вот прикладная химия.
❤79👍27🔥13
Найман - о Горбовском:
У человека должна быть возможность оставаться самим собой. Глеб Горбовский (автор песни «Когда качаются фонарики ночные», которого дважды били в пивных, потому что думали, что это песня народная), однажды получил заказ на рекламу «Аэрофлота». Он написал что-то. Не понравилось. Переписал - опять не понравилось. Он переписал в третий раз. Получилось так:
«Я люблю самолеты в небе,
Я люблю тела их тугие.
Пусть ни разу я трезвым не был,
Но меня уважают другие.
Я люблю самолеты... Враки!
Не люблю я этих уродов!
Пусть простит меня
Коккинаки -
Уж такой я есть от природы!»
Он такое написал, его выгнали. Ему обещали заплатить за рекламу 30 рублей. Но сколько стоит это? Никаких денег не хватит...
У человека должна быть возможность оставаться самим собой. Глеб Горбовский (автор песни «Когда качаются фонарики ночные», которого дважды били в пивных, потому что думали, что это песня народная), однажды получил заказ на рекламу «Аэрофлота». Он написал что-то. Не понравилось. Переписал - опять не понравилось. Он переписал в третий раз. Получилось так:
«Я люблю самолеты в небе,
Я люблю тела их тугие.
Пусть ни разу я трезвым не был,
Но меня уважают другие.
Я люблю самолеты... Враки!
Не люблю я этих уродов!
Пусть простит меня
Коккинаки -
Уж такой я есть от природы!»
Он такое написал, его выгнали. Ему обещали заплатить за рекламу 30 рублей. Но сколько стоит это? Никаких денег не хватит...
❤89👍28😁23🔥17