Действие «Мясорубки Мосса», антиутопического триллера Сергея Кузнецова, вышедшего в ноябре в издательстве «Медуза», разворачивается в 2030 году в мире, где не было ни одной из современных войн, но случилась другая катастрофа — эпидемия загадочного паразита, который вызывает в людях острое чувство вины и тягу к саморазрушению.
Бóльшая часть романа написана еще до начала войны, но он кажется чрезвычайно злободневным: его сверхзадача — ревизия наших представлений о насилии, вине и ответственности.
«Как только я открыла книгу, я поняла две вещи: во-первых, что это литературный текст, который я готова поставить на первое место среди всех текстов, которые я прочитала в последнее время, и второе, что от него совершенно невозможно оторваться», — Наталья Смирнова, Babel Books Berlin.
До 10 января «Мясорубку Мосса» (и многие другие книги) можно купить на платформе 24 со скидкой 24% — по промокоду 24vmeste.
Бóльшая часть романа написана еще до начала войны, но он кажется чрезвычайно злободневным: его сверхзадача — ревизия наших представлений о насилии, вине и ответственности.
«Как только я открыла книгу, я поняла две вещи: во-первых, что это литературный текст, который я готова поставить на первое место среди всех текстов, которые я прочитала в последнее время, и второе, что от него совершенно невозможно оторваться», — Наталья Смирнова, Babel Books Berlin.
До 10 января «Мясорубку Мосса» (и многие другие книги) можно купить на платформе 24 со скидкой 24% — по промокоду 24vmeste.
👍2
Сборник стихотворений Линор Горалик «Приходят мертвые» — это попытка найти язык для описания нашей новой катастрофической реальности. Отсылки к классической русской поэзии, игра с узнаваемыми стихотворными размерами, фольклорное звучание, резкая разговорная лексика — все это складывается в сложный многоголосый разговор о войне, смерти, горе и утешении.
«Я не писала стихов на русском языке почти четыре года (с тех пор, как началось то, что началось, понятно) — не по какой-либо строгой причине, а просто потому, что стихов у меня не было. Но вдруг они появились — тексты этого сборника, возникшие за несколько месяцев — и я до сих пор не понимаю, почему. Видимо, понимать мне и не положено. И: практически все эти тексты для меня складываются в единый разговор о том, что беседы с мертвыми сейчас совершенно ошеломляют и оглушают меня — но я предельно благодарна за каждую». — Линор Горалик
До 10 января «Приходят мертвые» (и многие другие книги) можно купить на платформе 24 со скидкой 24% — по промокоду 24vmeste.
«Я не писала стихов на русском языке почти четыре года (с тех пор, как началось то, что началось, понятно) — не по какой-либо строгой причине, а просто потому, что стихов у меня не было. Но вдруг они появились — тексты этого сборника, возникшие за несколько месяцев — и я до сих пор не понимаю, почему. Видимо, понимать мне и не положено. И: практически все эти тексты для меня складываются в единый разговор о том, что беседы с мертвыми сейчас совершенно ошеломляют и оглушают меня — но я предельно благодарна за каждую». — Линор Горалик
До 10 января «Приходят мертвые» (и многие другие книги) можно купить на платформе 24 со скидкой 24% — по промокоду 24vmeste.
❤7👏3👍2👎1
Новые поступления:
«Тут недалеко» Киры Ярмыш — увлекательный роман о двух подругах, которые вынуждены бежать через всю страну от Ростова-на-Дону до Владивостока и по пути сталкиваются с фээсбэшниками, бандитами, ненастьями, болезнями, голодом и — что страшнее всего — с собственным прошлым. «Тут недалеко» — первая книга Ярмыш, изданная за пределами России. Это одновременно и прощание с родиной, и признание в любви к ней.
«Дом на линии огня. Хроника российского вторжения в Донбасс» Дмитрия Дурнева — подробный и яркий рассказ о жизни Донбасса последних тридцати лет: от клановых войн 90-х и коррупции нулевых до политического раскола 2010-х, установления марионеточного режима «ДНР» и разрушения региона российскими войсками после начала полномасштабного вторжения России в Украину.
«В Буйнакске немного нервно» Алисы Ганиевой — роман, действие которого разворачивается в дагестанском городе Буйнакске в недалеком будущем. Молодая школьная учительница Аида случайно оказывается втянута в водоворот местных протестов и становится свидетельницей передела власти — и все это на фоне войны, которая официально закончена, но на самом деле продолжает уносить все больше жизней.
«Шанс. Америка — Россия: окно возможностей» Сергея Алексашенко — книга известного экономиста, в которой он исследует вопрос о том, почему страны Запада — прежде всего США — не пришли на помощь России в первой половине 1990-х годов и не решились вовлечь ее в свою экономическую и политическую орбиту — и какие последствия это имело для дальнейшей истории страны.
До 10 января эти и многие другие книги можно купить на платформе 24 со скидкой 24% — по промокоду 24vmeste.
«Тут недалеко» Киры Ярмыш — увлекательный роман о двух подругах, которые вынуждены бежать через всю страну от Ростова-на-Дону до Владивостока и по пути сталкиваются с фээсбэшниками, бандитами, ненастьями, болезнями, голодом и — что страшнее всего — с собственным прошлым. «Тут недалеко» — первая книга Ярмыш, изданная за пределами России. Это одновременно и прощание с родиной, и признание в любви к ней.
«Дом на линии огня. Хроника российского вторжения в Донбасс» Дмитрия Дурнева — подробный и яркий рассказ о жизни Донбасса последних тридцати лет: от клановых войн 90-х и коррупции нулевых до политического раскола 2010-х, установления марионеточного режима «ДНР» и разрушения региона российскими войсками после начала полномасштабного вторжения России в Украину.
«В Буйнакске немного нервно» Алисы Ганиевой — роман, действие которого разворачивается в дагестанском городе Буйнакске в недалеком будущем. Молодая школьная учительница Аида случайно оказывается втянута в водоворот местных протестов и становится свидетельницей передела власти — и все это на фоне войны, которая официально закончена, но на самом деле продолжает уносить все больше жизней.
«Шанс. Америка — Россия: окно возможностей» Сергея Алексашенко — книга известного экономиста, в которой он исследует вопрос о том, почему страны Запада — прежде всего США — не пришли на помощь России в первой половине 1990-х годов и не решились вовлечь ее в свою экономическую и политическую орбиту — и какие последствия это имело для дальнейшей истории страны.
До 10 января эти и многие другие книги можно купить на платформе 24 со скидкой 24% — по промокоду 24vmeste.
❤2👍1👏1
Происходящее с нами требует новых слов, и чтобы найти путь к читателю, литература часто отступает перед реальностью на территорию фантастического вымысла. В этой новогодней подборке современных сказок — несколько мрачных, остроумных и изощренно изобретательных книг, авторам которых приходится выдумывать целые миры, чтобы рассказать нам о насилии и несправедливости сегодняшнего дня — и, может быть, найти способы с ними справиться.
❤9👍2👏1
Уничтоженная книга «Потерянные памяти: общество “Мемориал” и борьба за прошлое в России» Сергея Бондаренко жива и на свободе
А буквально это значит, что ее можно скачать на сайте Straightforward Foundation и на сайте платформы 24 — безопасно и бесплатно.
Вышедшая летом прошлого года в казахстанском «Рикошете» книга Бондаренко стала косвенной жертвой преследования трех сотрудников аффилированного издательства Individuum: после их ареста нераспроданный тираж книги был уничтожен. Впрочем, странно предполагать, что такое происшествие перебьет рассказ о том, как, вопреки куда более тяжелым обстоятельствам, группе неравнодушных и очень разных людей удалось пробить брешь в государственной монополии на историческую память и вернуть имена и биографии миллионам репрессированных. «Потерянные в памяти» — это тонкий, изящный документальный рассказ о том, как общество переживает раскрытие страшной правды про себя, пытается ее забыть или обелить, и снова возвращается к той же модели поведения, что запустила этот порочный круг. Вот что об этом пишет Бондаренко в предисловии к новому электронному изданию:
«Активисты продолжают жить под преследованием, в тюрьме, в эмиграции, в забвении, в поисках идей и способов, как жить дальше. Многие видят единственной задачей сохранение организации — архива, инфраструктуры, самих себя. Но, как я надеюсь сказать в том числе и этой книгой, только „сохранения“ недостаточно. Масштабы вещей сместились. Невозможно черпать свою легитимность в завершившемся, оторвавшемся вместе с началом большой войны, прошлом.
«Мемориал» пытается найти другой смысл в собственном существовании. И от того, вновь и вновь, возвращается к тому, чем же был весь опыт, пережитый за почти 40 лет. Мне хочется верить, что и эта книга — еще один шаг в этом направлении, кризис в самом сжатом очерке. И что это не только книга о „Мемориале“, но и о мире, в котором „Мемориал“ жил все эти годы — и который (безуспешно) пытался изменить».
А еще это и смешной, совершенно недидактичный и непредвзятый рассказ о диссидентском движении СССР, в котором находилось место самым разным людям, от историков до неформалов — рассказ, заряжающий силой и оптимизмом, которые так нужны в начале года. Электронное издание, помимо нового предисловия, дополнено книгой отзывов фестиваля «Неделя совести», первой в истории масштабной акции, посвященной жертвам сталинского режима: она позволяет вернуться на 37 лет назад и прочувствовать во всей полноте, как реагировали люди на открытый разговор о том, чем прежде только шептались на кухнях — и представить неминуемое повторение этой бурной реакции.
Книга вышла в Straightforward Foundation и также доступна на сайте 24
А буквально это значит, что ее можно скачать на сайте Straightforward Foundation и на сайте платформы 24 — безопасно и бесплатно.
Вышедшая летом прошлого года в казахстанском «Рикошете» книга Бондаренко стала косвенной жертвой преследования трех сотрудников аффилированного издательства Individuum: после их ареста нераспроданный тираж книги был уничтожен. Впрочем, странно предполагать, что такое происшествие перебьет рассказ о том, как, вопреки куда более тяжелым обстоятельствам, группе неравнодушных и очень разных людей удалось пробить брешь в государственной монополии на историческую память и вернуть имена и биографии миллионам репрессированных. «Потерянные в памяти» — это тонкий, изящный документальный рассказ о том, как общество переживает раскрытие страшной правды про себя, пытается ее забыть или обелить, и снова возвращается к той же модели поведения, что запустила этот порочный круг. Вот что об этом пишет Бондаренко в предисловии к новому электронному изданию:
«Активисты продолжают жить под преследованием, в тюрьме, в эмиграции, в забвении, в поисках идей и способов, как жить дальше. Многие видят единственной задачей сохранение организации — архива, инфраструктуры, самих себя. Но, как я надеюсь сказать в том числе и этой книгой, только „сохранения“ недостаточно. Масштабы вещей сместились. Невозможно черпать свою легитимность в завершившемся, оторвавшемся вместе с началом большой войны, прошлом.
«Мемориал» пытается найти другой смысл в собственном существовании. И от того, вновь и вновь, возвращается к тому, чем же был весь опыт, пережитый за почти 40 лет. Мне хочется верить, что и эта книга — еще один шаг в этом направлении, кризис в самом сжатом очерке. И что это не только книга о „Мемориале“, но и о мире, в котором „Мемориал“ жил все эти годы — и который (безуспешно) пытался изменить».
А еще это и смешной, совершенно недидактичный и непредвзятый рассказ о диссидентском движении СССР, в котором находилось место самым разным людям, от историков до неформалов — рассказ, заряжающий силой и оптимизмом, которые так нужны в начале года. Электронное издание, помимо нового предисловия, дополнено книгой отзывов фестиваля «Неделя совести», первой в истории масштабной акции, посвященной жертвам сталинского режима: она позволяет вернуться на 37 лет назад и прочувствовать во всей полноте, как реагировали люди на открытый разговор о том, чем прежде только шептались на кухнях — и представить неминуемое повторение этой бурной реакции.
Книга вышла в Straightforward Foundation и также доступна на сайте 24
❤10👏1
«Вот свет повсюду гаснет, но виден его след». Два года без Льва Рубинштейна.
В прошлом году в рамках горизонтального издательского проекта 24 в Ереване, Москве, Тель-Авиве, Стокгольме и Берлине вышла книга Льва Рубинштейна «Тайный ход» — его неоконченная проза о семье и детстве и стихи «в столбик», написанные им в последние годы.
Пришел, ушел, и будто бы не он
Пускал по ветру легкие колечки.
Кто он? Шпион? Трехкратный чемпион?
Или седой из детства почтальон?
Не Печкин, нет, какой там еще Печкин!
А ты гори, заветная звезда.
Лишь ты одна не сука, не училка,
Не белка на заборе, не бутылка,
Не в поросячьем облике копилка.
Ты лишь одна как будто б навсегда.
Я это так, не принимай всерьез.
Сердечные забудутся уколы,
А воз все там же. Помнишь этот воз?
Он все скрипел, но никуда не вез.
Не помнишь, нет? Ну как же, возле школы!
Там еще были липы, был там снег,
Еще чего-то было там такое.
Вот, вспомнил! Шел навстречу человек,
Мне не знакомый. Он достал «Казбек»
И прикурил единственной рукою.
А ты гори, заветная звезда.
Тебя я вижу, а меня ты видишь?
Ты слышишь, как разнылись поезда,
Как на клеенку пролилась вода,
Как переходит бабушка на идиш?
«Тайный ход» Льва Рубинштейна — на платформе 24.
В прошлом году в рамках горизонтального издательского проекта 24 в Ереване, Москве, Тель-Авиве, Стокгольме и Берлине вышла книга Льва Рубинштейна «Тайный ход» — его неоконченная проза о семье и детстве и стихи «в столбик», написанные им в последние годы.
Пришел, ушел, и будто бы не он
Пускал по ветру легкие колечки.
Кто он? Шпион? Трехкратный чемпион?
Или седой из детства почтальон?
Не Печкин, нет, какой там еще Печкин!
А ты гори, заветная звезда.
Лишь ты одна не сука, не училка,
Не белка на заборе, не бутылка,
Не в поросячьем облике копилка.
Ты лишь одна как будто б навсегда.
Я это так, не принимай всерьез.
Сердечные забудутся уколы,
А воз все там же. Помнишь этот воз?
Он все скрипел, но никуда не вез.
Не помнишь, нет? Ну как же, возле школы!
Там еще были липы, был там снег,
Еще чего-то было там такое.
Вот, вспомнил! Шел навстречу человек,
Мне не знакомый. Он достал «Казбек»
И прикурил единственной рукою.
А ты гори, заветная звезда.
Тебя я вижу, а меня ты видишь?
Ты слышишь, как разнылись поезда,
Как на клеенку пролилась вода,
Как переходит бабушка на идиш?
«Тайный ход» Льва Рубинштейна — на платформе 24.
💔11❤3👏1
Публикуем фрагмент из романа Даниэля Кельмана «Светотень» о великом немецком режиссере Георге Вильгельме Пабсте: от эмиграции в США в начале 30-х до возвращения в Третий рейх и вынужденного сотрудничества с нацистским режимом.
В эмиграции Пабст вспоминает съемки фильма «Белый ад Пиц Палю»: Альпы, страх высоты, бесталанную фройляйн Рифеншталь и ночи в общей спальне. В воспоминаниях переплетаются ирония и ностальгия, сцены триумфов и поражений, азарт рождения нового искусства и непредсказуемость нового мира.
***
Он должен был снимать кино. Ничего другого он не хотел, ничего важнее быть не могло. Но что бы ни случилось, думал Пабст, лежа в шезлонге на палубе первого класса с сигаретой во рту, снимать фильм на леднике он больше не согласится никогда.
Это было семь лет назад, но по ночам под его ногами до сих пор то и дело разверзалась бездна, и он просыпался с панически бьющимся сердцем. Во сне он снова был там, на обрыве, привязанный веревкой, и ветер хлестал в лицо, пока фройляйн Рифеншталь старалась быть актрисой. Кое-чему он смог ее научить. Прислушивайся к себе, расслабь руки, чем сильнее чувство, тем меньше движений. Но ее возможности были ограничены: она была умна и хотела учиться, но как ни старалась, мешало отсутствие таланта.
Он должен был предвидеть все это, когда Арнольд Фанк предложил ему режиссировать вместе: «я снимаю горы, а ты лица».
Фанк изобрел новый жанр. В его фильмах люди шли в горы, попадали в передряги, их спасали. Больше ничего не происходило. Никто не понимал, как этот человек вообще оказался в кинематографе, но он прижился и снимал ленту за лентой со своей сплоченной, по-обезьяньи ловкой командой. Однако в каждой рецензии говорилось, что у актеров Фанка замечательные способности к альпинизму, но, увы, ни малейших к актерской игре, и в конце концов ему пришлось смиренно просить знаменитого коллегу о помощи.
— Гонорар пополам, все доходы пополам, а доходов будет много, это я обещаю: Эрнст Удет участвует!
И действительно, в фильме хотел играть легендарный воздушный ас Мировой войны, а значит, кассовый успех был обеспечен, и после бессонной ночи Пабст решил принять предложение — не только из-за денег, но еще из-за Фрица Ланга.
Продолжение читайте по ссылке
В эмиграции Пабст вспоминает съемки фильма «Белый ад Пиц Палю»: Альпы, страх высоты, бесталанную фройляйн Рифеншталь и ночи в общей спальне. В воспоминаниях переплетаются ирония и ностальгия, сцены триумфов и поражений, азарт рождения нового искусства и непредсказуемость нового мира.
***
Он должен был снимать кино. Ничего другого он не хотел, ничего важнее быть не могло. Но что бы ни случилось, думал Пабст, лежа в шезлонге на палубе первого класса с сигаретой во рту, снимать фильм на леднике он больше не согласится никогда.
Это было семь лет назад, но по ночам под его ногами до сих пор то и дело разверзалась бездна, и он просыпался с панически бьющимся сердцем. Во сне он снова был там, на обрыве, привязанный веревкой, и ветер хлестал в лицо, пока фройляйн Рифеншталь старалась быть актрисой. Кое-чему он смог ее научить. Прислушивайся к себе, расслабь руки, чем сильнее чувство, тем меньше движений. Но ее возможности были ограничены: она была умна и хотела учиться, но как ни старалась, мешало отсутствие таланта.
Он должен был предвидеть все это, когда Арнольд Фанк предложил ему режиссировать вместе: «я снимаю горы, а ты лица».
Фанк изобрел новый жанр. В его фильмах люди шли в горы, попадали в передряги, их спасали. Больше ничего не происходило. Никто не понимал, как этот человек вообще оказался в кинематографе, но он прижился и снимал ленту за лентой со своей сплоченной, по-обезьяньи ловкой командой. Однако в каждой рецензии говорилось, что у актеров Фанка замечательные способности к альпинизму, но, увы, ни малейших к актерской игре, и в конце концов ему пришлось смиренно просить знаменитого коллегу о помощи.
— Гонорар пополам, все доходы пополам, а доходов будет много, это я обещаю: Эрнст Удет участвует!
И действительно, в фильме хотел играть легендарный воздушный ас Мировой войны, а значит, кассовый успех был обеспечен, и после бессонной ночи Пабст решил принять предложение — не только из-за денег, но еще из-за Фрица Ланга.
Продолжение читайте по ссылке
❤2👍1👏1