«Любопытство сгубило кошку», «Любопытной Варваре на базаре нос оторвали», «Не суй свой нос в чужой вопрос» и другие мамины фразы, противоречащие моему жизненному опыту.

Любопытство — одна из моих базовых ценностей. Я это знаю с детства, но до недавнего времени мне за него было стыдно: см. поговорки выше, не надо приставать к людям со своими вопросами, сиди и помалкивай. Это поменялось во время обучения на доулу конца жизни. Главный инструмент в доульской работе — именно любопытство. Любопытство к опыту другого, его переживаниям, открытость к тому, что тебе, возможно, неизвестно или, наоборот, очень знакомо. Любопытство здесь создает пространство для того, чтобы человек мог поделиться чувствами, которые ему сложно разместить где-то еще или выносить в одиночку.

В IFS, терапевтическом методе, в котором я работаю, любопытство тоже очень важно — это одно из 8 ключевых свойств Self. Проявить любопытство к своей части помогает найти сочувствие к себе же вместо привычных реакций стыда, раздражения или избегания. Оно помогает перестать обесценивать — через любопытство можно найти ценность и интересное в любом опыте, а я КМС по обесцениванию, поверьте.

Поливагальная теория говорит, что любопытство — это неотъемлемое свойство игры, а игра — это активность без стресса. Любопытство возможно только когда активирована вентральная ветвь блуждающего нерва — система социального взаимодействия. Это состояние, которое Порджес, создатель теории, называет «безопасность и социальная вовлеченность». Когда мы чувствуем себя в безопасности, наша нервная система позволяет нам исследовать окружающий мир, проявлять интерес к новому, учиться.

Как у вас с любопытством? Ставим сердечки за всех загубленных кошек и Варвар без носа ❤️

Друзья из Symptomato попросили написать для их ТГ-канала о том, как жить после утраты и о табу на разговоры смерти. А я и рада, мне только дай на эту тему поговорить.

Получилось две микро-статьи, вчера вышла первая из них. Делюсь и буду рада вашим откликам.

На этой неделе мы поговорим про смерть. Сегодня пост для нас написала предприниматель, IFS-практик, специалист по поддержке в горевании Юлия Шмырова.

Смерть — это единственное гарантированное событие в жизни каждого из нас. Все мы столкнемся с ней: теряем членов семьи, домашних питомцев, значимых людей, проживаем смерть знаменитостей, которые были нам важны.

Но в современной культуре, особенно западной, темы смерти, умирания и горя сильно табуированы. Мы, особенно городские жители, часто не умеем говорить о смерти и не умеем выражать сочувствие. Нам сложно поддержать человека в горе и даже просто встретиться с ним лицом к лицу — это вызывает чувства и эмоции, которые мы не научились проживать.

Массовая миграция в города стерла многие ритуалы, которые веками помогали обществу проживать утрату. Сейчас человек часто остается со смертью близкого или со своим смертельным диагнозом один на один. Хорошо, если есть группа поддержки, близкие люди с похожим опытом, но это случается не всегда.
Встреча с умиранием нередко происходит в эмоциональном одиночестве, когда не с кем поговорить о том, что переживаешь, некого послушать про схожий опыт.

На это накладывается растерянность от столкновения с государственными системами. Процесс умирания или захоронения сопровождается регламентированными процедурами: больницы, морги, кладбище, похоронное бюро. Все это требует усилий и, если человек не сталкивался с этим раньше, вызывает дополнительный стресс — от организации похорон до вступления в наследство и разбора юридических вопросов.

Встреча со смертью вызывает разные, иногда противоположные эмоции, которые могут сосуществовать одновременно. Уход близкого человека может вызывать горе, грусть, печаль, одиночество, злость. Облегчение — если человек тяжело болел и ушел после долгой болезни. Стыд — за то, что осталось непроговоренным. Злость — от того, что умерший «бросает» оставшихся в живых или уходит в результате суицида. Вину, разочарование и даже радость — да, такое тоже бывает. Много чувств может существовать одновременно.


Когда говорят о горе и проживании утраты, часто вспоминают пять стадий горя: шок, отрицание, злость, торг, принятие. Эта модель стала настолько популярной, что многие воспринимают ее как инструкцию: сначала одно, потом другое, а в конце — принятие.

На деле эти стадии не идут последовательно. Они могут меняться местами, повторяться, какая-то может длиться дольше, какая-то пройти за за несколько дней, а некоторые — вообще не появиться. Процесс горевания не линейный: горе может затихать, потом возвращаться волной, становиться шире или уходить на второй план.

Горевание — это физическое состояние. Проживание горя — это именно проживание чувств, эмоций и телесных ощущений, вызванных потерей. Среди физических проявлений могут быть изменения аппетита, сна, либидо, уровня энергии. Всё это нормально, пока не угрожает жизни.

Мне очень не хватает философского кружка про AI!

В моем онлайн-пузыре предпринимательских чатов целыми днями обсуждают, кто что из инструментов поставил, что как работает и как это использовать. Я замечаю у себя (и других) одновременно жесткое FOMO, растерянность от высокой скорости изменений, эмоциональный перегрев и сопротивление тому, как меняется мир.

А он меняется! Даже если вокруг вас сейчас нет безумных неспящих вайбкодеров и вы "не верите" в весь этот AI.

Хочется обсуждать не столько вопросы использования AI, сколько то, как этот технический прогресс влияет на нас.

Как мы будем работать? Что такое работа, когда все привычные мне задачи быстрее и лучше может решить машина? В чем моя ценность, если нет привычной работы? Как выглядит высшее образование? Зачем оно нужно? Социальное расслоение — как живут те, у кого нет пары сотен долларов в месяц на AI-инструменты? Этика относительно искусственного интеллекта, обмена данными, секьюрности — какая она? Мы несколько последних лет учились замедляться и чувствовать тело, а сейчас снова резко смещаемся в голову и наращиваем скорость, потому что AI делает человека в разы продуктивнее, — как это совмещать? Должны ли все технологии быть доступны всем? А условно плохим людям? Как меняются деньги и их роль? Что с помогающими профессиями, будут ли они нужны, в каком формате? Как не перегорать и не отставать? Как взращивать в себе смелость, любопытство, открытость к постоянным переменам, адаптивность, агентность? Как это совмещать с жесткими государственными или корпоративными структурами? Как вообще эти структуры могут меняться в прекрасном новом мире?

У меня миллион вопросов, я не понимаю, куда их вынести, мне хочется для этого группу своих голов, чтобы слушать их и спорить с ними.

Завтра у моих друзей из deep mind начинается онлайн-кэмп по медитации. Понимаю, что вряд ли кого-то в 2026 году можно впечатлить медитациями, но я пойду и рекомендую вам, потому что у меня на это 5 причин:

1. Это 3 недели практик с разными учителями и мастерами, от буддийских монахинь до светских преподавателей осознанности. Если вы привыкли к медитациям «от блогеров» или практике по Гоенке, скорее всего вы встретите что-то новое для себя

2. Это онлайн, в Zoom, в разное время суток, так что удобные встречи можно найти из разных таймзон и графиков

3. Участие условно-бесплатное, за донейшен (но записи звонков будут только если заплатите от 3к рублей и выше)

4. Мне отдельно греет душу то, что среди преподавателей много женщин! И каких классных женщин — посмотрите, например, историю досточтимой мей чи Бриджит в канале у Макса.

5. Я люблю продукты deep mind и доверяю им: в них всегда уделяется внимание травмаинформированности, они бережны и современны, без поклонения гуру. В них как правило нет стремления поучать и наставлять, зато есть открытый шеринг личного опыта.

Лично мне особенно интересны встречи про самосострадание, практику RAIN и разговор о заблуждениях о медитации. Но надеюсь сходить на максимально всё, и вас зову!

P.S. это не реклама, мне никто не платил, и вообще на ивент и так уже зарегистрировалось под 1000 человек))

Прошедшие выходные мы провели в Абу-Даби. Мечеть шейха Заеда, Лувр, TeamLab, новый National History Museum — в день мы проводили в музеях по 8-10 часов. Я начинаю рабочую неделю очень впечатленной, восторженной и одновременно истощенной от эмоций. Знаете телесное ощущение от передоза красоты? Вот оно.

Что происходит, когда мы оказываемся в эстетически привлекательном, впечатляющем пространстве или перед прекрасной картиной? Зрительная кора начинает обрабатывать масштаб, симметрию, геометрию объекта. Параллельно активируется система вознаграждения, и происходит выброс дофамина. Нейробиолог Сеймур Четтерджи из Пенсильванского университета показал, что эстетическое переживание активирует те же цепи, что и биологические удовольствия — еда, секс, социальная принадлежность.

Одновременно с этим включается островковая доля, которая отвечает за интероцепцию, ощущение тела изнутри. Красота буквально переживается телесно: ты чувствуешь учащенное биение сердца, сбившееся дыхание, ускорение и возбуждение. Иначе говоря, эстетическое переживание — это целая нейрофизиологическая буря.

Особенно заметно это через архитектуру. Архитектура воздействует на нас с разных сторон: через свет, звук, ощущение себя в пространстве. Проживание архитектуры тотально, в нем участвуют сразу несколько систем организма: проприоцепция (положение тела в пространстве), вестибулярная система (масштаб и мы в нем), зрение, слух, обоняние.

Всё это — огромная нагрузка на нервную систему. Мозг работает в усиленном режиме, и когда система вознаграждения активирована долго, происходит своеобразный дроп.

Наложи на это состояние когнитивную нагрузку от экспонатов и историй, и вот оно, восхищенное истощение от впечатлений. Ни о чем не жалею, очень рекомендую Абу-Даби как культурную точку, и надеюсь в ближайшую неделю много-много спать.

И еще один текст о переживании красоты.

У меня есть личный индикатор состояния, который я заметила с довольно юных лет: то, насколько красив мир вокруг. В норме я замечаю красивые моменты в повседневных вещах, свет на листочках, игру теней, то, насколько красивыми выглядят люди. Я говорю сейчас не о конвенциональной привлекательности, а о том, насколько я могу во всем, что есть рядом, заметить красивое. Если такого нет — это сигнал, что пора отдохнуть и восстановиться.

Я долго воспринимала это просто как маленькое наблюдение за собой, но оказывается, за ним стоит конкретная физиология.

Способность замечать красоту — это не только эстетическая чувствительность или вопрос вкуса, но и функция состояния нервной системы.

Когда мы в безопасности (в том смысле, который имеет в виду нейробиолог Стивен Порджес в своей поливагальной теории), у нас активирован вентральный вагальный комплекс, режим открытости и присутствия. В этом состоянии островковая доля, структура мозга, которая переводит телесные сигналы в чувства, чувствительна к тонкому: листочкам в свете, выражению лица незнакомого человека, пропорциям здания.

Когда мы в стрессе, та же островковая доля переключается на мониторинг угрозы, и у неё больше нет ресурса на красоту — не потому что её вокруг стало меньше, а потому что нервная система закрыта для этих сигналов.

Это объясняет, почему мы иногда едем в красивое место и возвращаемся опустошёнными, а не восстановленными, почему один и тот же город в разные приезды ощущается совершенно по-разному. Глубокое эстетическое переживание возможно только тогда, когда нервная система достаточно открыта, чтобы его допустить, — красота не врывается силой.

Эмоции начинаются не в голове, а в теле: сначала меняется дыхание, замирает сердце, что-то происходит в груди — и только потом мозг получает сигнал и называет это восторгом/трепетом/радостью. В состоянии стресса этот механизм занят другим, и то, что могло бы стать переживанием красоты, остаётся просто информацией — человек в сильной тревоге в Эрмитаже видит картины, но не переживает их.

Получается, когда я не замечаю красоту вокруг, это значит, что моя нервная система сейчас закрыта и что-то забирает её ресурс. И можно расслаблять, тренировать ее, как раз приучая себя видеть красивое в такие периоды.

Из книги «There is nothing wrong with you» от Чери Хьюбер

Две недели назад мы с семьей были в Эмиратах. Сестра Гора задержалась на неделю дольше и попала под отмену рейсов (сейчас уже дома, и всё хорошо). Эти дни я вспоминаю, как уезжала из Москвы в марте и октябре 2022, и думаю о том, что же становится важным в ситуации максимальной неопределенности.

У меня складывается набор из 4 блоков:

1) Деньги
Банально, но да. Часть проблем при высоком уровне неопределённости можно просто закрыть деньгами.

2) Сообщества и люди
Если вы не тот самый человек, который знает всех, то стоит иметь такого человека в друзьях. Бывшие коллеги, одноклассники, девушка друга, папины знакомые — никогда не знаешь, кто пригодится. Сила слабых связей решает невероятные вопросы.

3) Умение стабилизировать свою нервную систему
Да-да, мы все видели эти рилзы про стабильную нервную систему как признак роскоши. Способность переключиться, действовать под стрессом, вовремя остановиться, принять ситуацию as is и не свалиться в истерику — всё завязано на навыках работы с собой. Если ты умеешь себя кормить, гулять и укладывать спать вовремя, ты справишься с гораздо более стрессовыми обстоятельствами.

4) Умение добывать информацию
Откуда угодно. Из соцсетей, от госструктур, из локальных чатов, от инсайдера внутри компании. Когда ничего непонятно, важно задавать как можно больше правильных вопросов всем тем, кто может быть источником знания. На перекрестке этих знаний рождаются подходящие решения.

Всё это, мне кажется, применимо не только к выездам из зон военного конфликта, но и в целом к миру, в котором мы оказались. Можно не понимать, где дальше жить или кем работать, но люди, деньги, агентность и работа с собой сильно облегчат жизнь и поиск ответов.

Уже полгода я исследую, как выглядит кризис среднего возраста у женщин моего поколения.

Для этого я созваниваюсь с женщинами 35-45 лет, задаю им вопросы о здоровье, материнстве, отношениях, карьере. Мне очень любопытно, а для респонденток это иногда первый подробный разговор о том, что они проживают.

Кризис среднего возраста — затасканное и неопределенное понятие. Вроде как все понимают, о чем речь, но вокруг определения этого периода все равно много обсуждений. Более того, часто, когда мы говорим о кризисе средних лет, мы представляем набор стереотипов про мужчин, — я уже писала об этом. Женская середина жизни, как мне кажется, выглядит иначе, и мне интересно это изучать.

Именно в этом периоде вариативность жизни женщины очень высока. В среднем возрасте женщина сталкивается с пери- и менопаузой. В этом возрасте она отпускает выросших детей, заканчивает для себя репродуктивный путь или же только-только рожает. Она может быть на пике карьеры или же резко ее менять, может заканчивать длительные отношения или никогда не быть в браке. Но так или иначе кризис середины жизни затрагивает все сферы ее существования и переворачивает их, иногда радикально.

Я планирую больше рассказывать об этом — и о книге, которую я пишу на основе собранных интервью.

Расскажите, о чем вам интересно узнать или поговорить в этом контексте? Может быть, у вас или у близких вам женщин уже есть такой опыт?

Что такое кризис среднего возраста?

Прошлый пост залетел в инстаграме, принёс мне почти 500 новых подписчиков и лёгкую панику. Телеграм сейчас ощущается как тихий родной уголок)

Вместе с подписчиками пришло много вопросов, и самый частый — как понять, что происходит именно кризис среднего возраста? Что отличает его от всего остального?

Ну, я не знаю точно как, и никто точно не знает. Кризис среднего возраста путают с депрессией, выгоранием, кризисом идентичности; в последние годы выделяют ещё и некий «кризис 30 лет». Давайте разбираться.

Кризис среднего возраста и депрессия

Депрессию обычно описывают как потерю энергии и смысла на протяжении некоторого времени. Для неё характерны изменения в сне, питании, уровне активности, ангедония, наличие разных фаз. Депрессия может быть симптомом кризиса, но не является им самим.

Кризис середины жизни обычно содержит конкретный экзистенциальный вопрос — «кто я вне привычных ролей?» или «я достиг того, чего хотел, так почему я не счастлив?». В депрессии такого вопроса нет.

Кризис среднего возраста и выгорание

Выгорание — это истощение от конкретной деятельности или роли. Оно лечится отдыхом, сменой работы, восстановлением ресурса. Кризис середины жизни отпуском не лечится, и вопрос в нём звучит не как «когда же я отдохну?», а как «кто я и куда я иду?».

Кризис среднего возраста и ситуативный кризис

Ситуативный кризис имеет внешнюю причину: развод, увольнение, проблемы со здоровьем и тд. Кризис середины жизни может быть запущен внешним событием, но его источник находится внутри — он созревал независимо от обстоятельств. Поэтому ситуативный кризис, скорее всего, затрагивает одну сферу жизни, а кризис середины жизни коснётся их всех.

Кроме того, в ситуативном кризисе обычно нет острого ощущения времени, возраста, конечности бытия — того, что приходит к середине жизненного пути.

***
А что же есть в самом кризисе среднего возраста? Разберу чуть позже, там самое интересное.

У меня есть любимая рассылка «The Imperfectionist», и сегодня в ней бриллиант на тему того, как менять голос внутреннего критика и выбирать то, что хочешь, а не то, что «правильно».

Это цитата из книги бывшего архиепископа Кентерберийского Роуэна Уильямса. В книге «Being Disciples» он пишет о встречах с Десмондом Туту:

«У меня есть теория, которую я начал развивать после того, как несколько раз встретился с архиепископом Десмондом Туту: в этом мире есть два типа эгоистов. Есть те, кто настолько влюблён в себя, что в них не остаётся места ни для кого другого, и есть те, кто настолько влюблён в себя, что рядом с ними другим тоже становится возможно полюбить себя. Они чувствуют себя естественно в собственной коже. Это не значит, что они высокомерны, зациклены на себе или считают себя безупречными. Они научились улавливать часть той радости, которую Бог испытывает к ним.

И в этом смысле Десмонд Туту, безусловно, любит быть самим собой — тут нет никаких сомнений. Но эффект от этого не в том, что я чувствую себя скованным или уменьшенным; напротив, это даёт мне ощущение, что, возможно, по бесконечной Божьей благодати, однажды я тоже смогу полюбить быть Роуэном Уильямсом так, как Десмонд любит быть Десмондом Туту».

В нашем полку прибыло, добрый вечер: Николь Кидман рассказала, что она учится на доулу конца жизни.

Актриса пришла к этому после смерти матери, которую переживает с 2024 года. Николь впечатлилась тем, как одинок может быть человек в конце жизни, даже имея большую семью, и как хорошо было бы иметь рядом того, кто может давать умирающему внимание, время и заботу.

Не так давно о своем опыте обучения на доулу конца жизни рассказывала режиссерша Хлоя Чжао («‎Земля кочевников», «‎Гамнет»). Она говорит, что всю жизнь сильно боялась смерти и решила отучиться на доулу, чтобы выстроить более здоровые отношения со смертью и второй половиной жизни. Она рассматривает эту практику не только как помощь другим, но и как личную работу с тревогой, утратой и страхом, как дополнение к ее фильмам о горе и переменах.

Хочется сказать две вещи:
1. Меня радует, что звезды открыто говорят про проживание утраты, поддержку в конце жизни, осмысление потерь. Так, глядишь, и доберемся до дестигматизации, и инстаграм перестанет банить за слово «смерть».
2. Любопытно наблюдать, как взрослеет и стареет поколение, привыкшее к публичности. От обсуждения пищевых расстройств, ментального здоровья, отношений и беременности мы постепенно добрались до разговоров о менопаузе, старении, уходе родителей и поддержке в горе. Привычка транслировать свою жизнь и получать валидацию онлайн ведет к тому, что всё больше скрытых, «серых» тем становятся видимыми и облегчают кому-то жизнь.

Если вам сейчас нужна поддержка, я работаю как доула конца жизни и психотерапевт в методе IFS. Можно написать в личку @juliashmyrova с вопросами.

Моя long-distance подруга Марина написала замечательный пост про увольнение. Хочу в продолжение поделиться историей, которую я мало где рассказывала и не очень рефлексировала.

Семь лет назад меня уволили с работы, которая на тот момент занимала всю мою жизнь. Несколько лет после этого я говорила людям, что ушла сама, по взаимному соглашению, настолько стыдно было признаться, что меня уволили. Но правда в том, что я выгорела, у меня случился нервный срыв и истерика на встрече с СЕО, который был моим непосредственным начальником, и он предложил мне уйти.

Это был очень болезненный период, потому что вся моя идентичность строилась на работе. Кто я? Я СМО в классном стартапе в прикольной индустрии, и все мои планы завязаны на мое место работы. Я решала, где жить, чем заниматься, заводить ли детей, исходя из рабочих задач и целей, и вообще не думала о том, кто я за пределами своей рабочей роли. Увольнение же привело к нескольким открытиям, которые и сейчас влияют на мою жизнь.

✨ Я заметила, что нахожусь в жестком выгорании. Следующие два месяца я провела на диване с Нетфликсом и книжками, а потом стала сознательно учиться отдыхать. С того момента я не работаю по выходным, беру отпуска, дэй-оффы, когда нужно, и включаю в рабочее время часы «на подумать», побыть в тишине, без звонков и конкретных задач.

✨ Именно после увольнения я впервые пошла в психотерапию, потому что понимала, что сейчас мне будет пиздец. Это был первый шажочек на пути к знакомству с собой, и хотя с тем терапевтом я встречалась не очень долго, темы, которые мы наметили, я разбираю до сих пор.

✨ Это была та ступенька, которая привела меня в предпринимательство. Ища новую работу, я поняла, что на самом деле хочу другую ответственность и другие задачи, и пошла в консультанты, а потом открыла агентство.

✨ И в целом весь год после увольнения я искала ответ на вопрос «Кто я?» за пределами работы. Кто я как человек, друг, женщина, какие у меня увлечения, что мне нравится, а что нет. Иронично, что с этим же вопросом я встретилась опять через несколько лет, но вероятно таково уж свойство кризисов — снова и снова помогать нам находить актуальную версию себя.

Любите ваши сложные периоды, вот наверное что я хочу сказать вам и себе. Никогда не знаешь, как оно развернется.

Написала для Alma Media о том, что меня саму волнует сейчас, — о старении родителей. Мне одновременно хочется говорить на эту тему, и не очень понятно, как: она как будто затрагивает слишком много всего, от детских обид до планов на будущее, в которые хочется родителей вписывать. Давайте обсудим что ли 🫂

Договорилась о последних 5 интервью для книги про кризис середины жизни у женщин. Мой амбициозный план собрать 100 историй превратился сначала в 50, а сейчас думаю остановиться на 30+, — но и этого немало.

Тридцать часов разговоров один на один с разными женщинами о том, как они переходят в средний возраст, что они под этим понимают, что переживают. Помимо этих интервью было несколько тредов в соцсетях и десятки разговоров вживую. Я устала, но горжусь собой и радуюсь тому, какую работу сама себе придумала.

Несколько общих наблюдений:

▪️Женщины потрясающие. Женщины-мамы, подруги, предпринимательницы, путешественницы, карьеристки, летчицы, юристки, массажистки, писательницы, ученые, растерянные и верные своему пути. Наверное, это одно из главных моих впечатлений — какие же девчонки смелые и сильные, сколько же всего мы встречаем и пропускаем через себя.
▪️Для многих девушек наш разговор стал первым осмысленным разговором о том, что они переживают. Первой возможностью подробно описать период жизни, в котором они находятся, и как-то его отрефлексировать. Несколько раз мы обе плакали во время встречи.
▪️Слово «кризис» вызывает протест, мол, какой же это кризис, если моя жизнь сейчас так хороша.
▪️А жизнь после этого переходного периода у многих и правда хороша: женщины говорят, что перестали терпеть, фокусируются на себе, много внимания уделяют своему телу и духовности, принимают сложные решения и окружают себя поддержкой.
▪️Ролевых моделей все еще мало, счастливых ярких женщин с разными историями после 45+ в медийном пространстве пока не так много, увы.
▪️У многих кризис начинается с вопроса про карьеру. Я предполагала, что будет актуальны вопросы материнства, но нет, женщины в первую очередь спрашивают себя, чем заниматься следующие 20-25 лет.

Впереди разбор всего собранного и работа над самим текстом, stay tuned!

Не цветок, а шишка

Женщин сравнивают с цветком, мужчин сравнивают с вином.

Цветок – хрупкая структура, имеющая короткий срок жизни и неизбежно подверженная увяданию. Вино с годами становится только лучше. Даже на уровне метафор общество демонстрирует женщинам гендерно-обусловленный эйджизм – об этом говорят в подкасте Никакого правильно, выпуск про эйджизм. Стереотипный взгляд таков, что мужчина матереет, приобретает солидность, благородную седину, а женщина увядает, сдает, обабивается и т.д.

Никогда не задумывалась, что сравнение с цветами – не только про красоту, нежность, изящество, но и про невозможность эти качества зафиксировать. Сама метафора сообщает нам о скоротечности женской социально-одобряемой части жизни – ты хороша, пока ты цветок, потом ты растворяешься, мы не хотим наблюдать увядание, пусть наш глаз радуют свежие цветы.
Но мы-то с вами знаем, что самое интересное в женской жизни начинается уже после того, как лепестки юности, а вместе с ними и иллюзии, обтрепались. Когда ты уже не хрупкое создание, вздрагивающее от сильного ветра и боящееся любого паразита, а когда обрела силу, устойчивость, жесткость и форму. Как шишка. И мне нравится этот образ.

С точки зрения биологии шишка – это видеоизмененный побег. Они делятся на женские и мужские шишки, после высыпания пыльцы мужские шишки опадают, а женские остаются на дереве и дозревают (похоже на жизнь, правда?).

Жизненный цикл шишки гораздо интереснее как метафора женской жизни – сохраняется гармония (в строении шишки прослеживается математическая последовательность чисел Фибоначчи), общая форма, меняется внешний вид, но он не становится хуже, наоборот, вся красота шишек – в их зрелом состоянии, при этом структура становится жестче, устойчивее к внешним воздействиям. А главное, у шишки долгий жизненный цикл – она может висеть на дереве годами, но даже если упадет, она не растворяется в почве как опавшие лепестки яблони после дождя, а остается частью лесного покрова на долгие годы.

Надеюсь, я донесла свою мысль. Я думаю, даже внутри себя будет полезно перестать применять к себе мимолетные и неустойчивые цветочные образы. Наша жизнь гораздо больше, важнее, многограннее короткого сезона цветения.