Архитектура ценна не красотой, а силой идеи

Когда мы говорим о великой архитектуре, важно понимать: ее ценность определяется не только тем, как она выглядит сегодня. Настоящая сила архитектуры заключается в том, насколько она смогла опередить свое время или, наоборот, стать его точным и совершенным выражением.

Современному человеку удивляться сложнее, чем людям прошлых эпох. Мы живем в мире постоянного визуального шума, бесконечного потока изображений и технологий. Но есть сооружения, которые до сих пор способны вызывать ощущение невозможного.

Вспомним Кижи. Это 1714 год. Практически край тогдашнего обитаемого мира: Онежское озеро, острова, отсутствие современной техники, инженерного оборудования, цифровых инструментов, программного обеспечения. И в этих условиях люди создают архитектуру, которая даже спустя три столетия производит ошеломляющее впечатление.

Честно признаюсь: когда я впервые оказался там несколько лет назад, мне было трудно отделаться от ощущения, что объяснить появление такого объекта исключительно рациональными причинами невозможно. Возникает почти мистическое чувство.

Кажется, будто в этом есть нечто большее, чем просто человеческое мастерство. И что особенно важно — подобное воздействие испытывает не только человек XVIII века, но и современный зритель.
Именно поэтому сегодня, когда мы пытаемся создать архитектуру, способную привлечь внимание людей, заставить их оторваться от экрана телефона, поднять голову и посмотреть вокруг, нам недостаточно просто воспроизводить знакомые формы. Мы должны создавать нечто, что воплощает в себе подлинную новизну.
Эта новизна может проявляться в чем угодно: в инженерных решениях, конструкциях, технологиях, материалах. Новый материал – это тоже инновация. Новая логика организации пространства – инновация.

Новый способ взаимодействия человека и архитектуры – тоже инновация.

Поэтому современная выдающаяся архитектура может быть совершенно не похожа на традиционную. И здесь возникает парадокс. Многие считают, что традиция – это сохранение и повторение. Но в архитектуре все устроено иначе. Главная традиция архитектуры заключается в постоянном обновлении. История архитектуры – это история непрерывного поиска нового.
Чем сильнее объект завораживает своей новизной, тем больше у него шансов стать по-настоящему значимым для своей эпохи.

При этом разговор об архитектуре очень часто сводят к категории красоты.

Меня нередко спрашивают: в чем красота архитектуры авангарда? Почему русский авангард считается великим, если для многих он не выглядит красивым в привычном понимании этого слова?

Чтобы ответить на этот вопрос, полезно выйти за пределы архитектуры и обратиться к более понятному примеру – деньгам. Красивы ли деньги? Безусловно, приятно, когда банкнота хорошо нарисована, когда над ней работали дизайнеры, художники, специалисты по графике. Но очевидно, что ценим мы деньги вовсе не за красоту. Можно напечатать сколько угодно красивых бумажек, и они не будут обладать той же ценностью.

Почему? Потому что существует нечто большее, чем внешний вид.

Ценность возникает благодаря коллективной вере. Мы все соглашаемся считать эти деньги значимыми, и именно это делает их ценными.

С архитектурой происходит нечто похожее. Ее значение определяется не только эстетикой. Гораздо важнее идея, которая стоит за объектом, способность архитектуры отражать время, формировать новые представления о возможном и убеждать общество в ценности этих представлений.

Вопрос архитектуры – это вопрос силы идеи, силы новаторства и силы веры общества в то, что перед ним действительно возникает нечто новое и важное.

Текст подготовлен по итогу моей лекции «Философия чуда в архитектуре» на форуме «Движение». Мероприятие организовано «Эксперт.Урбан».